Кулешов Виктор Иванович

Кулешов Виктор Иванович

 

Автобиография

       Виктор Иванович родился 12 июня 1945 года в станице Паповичской Краснодарского края; в 1962 году окончил среднюю школу в Майкопе; в этом же году поступил в Военно-медицинскую академию им. С.М. Кирова на факультет подготовки врачей для Военно-морского флота, который закончил в 1968 году; четыре года служил на Тихоокеанском флоте в должности начальника медицинской службы подводной лодки, базировавшейся в Советской Гавани, неоднократно участвовал в боевых службах; в автономных походах подводных лодок осваивал методики биоритмологии. Полученный фактический материал стал основой реферата при поступлении в адъюнктуру и вошёл в отчет НИР кафедры «Режим труда и отдыха подводников». В 1972 году поступил в адъюнктуру при кафедре физиологии подводного плавания ВМедА им. С.М. Кирова, после окончания  которой защитил кандидатскую диссертацию, посвященную проблеме сохранения военно-профессиональной работоспособности личного состава надводных кораблей и подводных лодок в длительных автономных походах и был назначен на должность преподавателя; в 1992 году защитил докторскую диссертацию на тему «Физиологические основы нормирования кислорода при гипербарической оксигенации». Стал старшим преподавателем, а с  1993 по 2003 год Виктор Иванович возглавлял кафедру физиологии подводного плавания ВМедА им. С.М. Кирова в должности начальника, в звании полковника медицинской службы вплоть до ухода в запас. Профессор кафедры. Уволившись в запас в звании полковника медицинской службы, до последних дней преподавал на кафедре.
       В.И.Кулешов один из ведущих специалистов страны в области физиологии труда плавсостава ВМФ и водолазной медицины. Активно занимался лечебной работой, признанный специалист по гипербарической медицине. Являлся председателем и одним из организаторов Санкт-Петербургского научно-практического общества баротерапевтов, а также главным нештатным специалистом по баротерапии Комитета по здравоохранению администрации Санкт-Петербурга.

         Проявив интерес к науке в годы обучения в академии, Виктор Иванович эффективно руководил научной работой курсантов и слушателей - в 1983 году научная работа под его руководством отмечена дипломом министерства высшего образования и золотой медалью Министра Обороны. Является научным руководителем 12 кандидатских и научным консультантом 3 докторских диссертаций.
        Автор более двухсот научных работ, среди которых – три монографии, главы в 5 учебниках, лекции, методическое руководство, 5 изобретений, учебные программы, а также статьи и тезисы докладов по физиологии военного труда, гипербарической физиологии и медицине, баротерапии. За лучшую научную работу награжден медалью Ученого Совета Военно-медицинской академии. Член проблемной комиссии РАН по физиологии экстремальных воздействий, член редакционных советов двух профильных научных журналов. Организовал и успешно провел четыре Всеармейские научно-практические конференции. Последнее выступление Виктора Ивановича с пленарным докладом состоялось в мае 2015 года на IX конференции «Баротерапия в комплексном лечении и реабилитации раненых, больных и пораженных», оно прошло под девизом «Баротерапия – моя наука, моя жизнь…».
         Виктор Иванович всегда гордился званием офицера, был истинным патриотом своей Родины, был добрым товарищем, справедливым руководителем, заботливым учителем. Всегда принимал активное участие в общественной работе, был застрельщиком физкультурно-туристических мероприятий кафедры. На него можно было положиться в трудную минуту, он всегда был готов прийти на помощь.
        Женат, женился ещё будучи слушателем. Жена Кулешова Наталья, с которой прошёл весь свой жизненный путь.
        Сын – Кулешов Виктор Викторович, рождения 11.06.1967. Родился в Ленинграде, служил в погранвойсках, закончил 1-й мединститут, работает ЛОР-специалистом в Ленинградской областной больнице. Проживает с женой и сыном 12 лет.

Два профессора

 

 

 

Кулешов В.И.

РАЗВИТИЕ БАРОТЕРАПИИ НА КАФЕДРЕ ФИЗИОЛОГИИ ПОДВОДНОГО ПЛАВАНИЯ ВОЕННО-МЕДИЦИНСКОЙ АКАДЕМИИ ИМЕНИ С.М. КИРОВА                                                                                                                          (к 70-летию автора)

Военно-медицинская академия им. С.М. Кирова, Санкт-Петербург

       Тематика конференции посвящена гипербаротерапии, гипобаротерапии, нормобарической баротерапии и отражена в докладах, представленных участниками нашего научного форума. Позвольте остановиться на научных проблемах, в решении которых мне посчастливилось принимать участие.
        Моя научная деятельность началась в слушательском кружке кафедры общей хирургии Военно-медицинской академии им. С.М. Кирова. Под руководством адъюнкта я занимался экспериментальной работой на кроликах по стимуляции регенерации ран препаратами трупной крови. Мне импонировали физиологические аспекты этой работы. И вообще, мне нравилась физиология и, преимущественно, её прикладное применение для сохранения здоровья или спасения человека. Таковой оказалась спецфизиология. На лекциях и занятиях сидел «открыв рот». Особенно нравились занятия, проводимые А.П. Мясниковым. Он давал материал не только по теме занятия, делал экскурсы в нормальную и патологическую физиологию, объяснял, насколько вредны или полезны факторы повышенного давления для здоровья человека, как можно использовать знания и навыки по физиологии в жизни, быту. Иногда переходил на международную обстановку, затрагивал социальные проблемы. Трактовка физиологических механизмов и социальной темы всегда была диалектико-материалистической, близкой мне по духу и понятной. А если что-то было мне незнакомо или непонятно, Анатолий Петрович вполне доходчиво объяснял. Мой сокурсник, А.П. Лотовин, с которым мы были дружны, пригласил меня в научный кружок кафедры спецфизиологии, пояснив, что в кружке он староста, а руководителем кружка является А.П. Мясников. Без всяких сомнений я стал членом кружка, сразу же получил интересную тему по влиянию «сшибки» высшей нервной деятельности котов на их заболеваемость декомпрессионной болезнью. Эксперимент моделировал ситуацию в аварийном отсеке подводной лодки перед шлюзованием экипажа в водную среду для дальнейшего подъёма на поверхность. Материалы были включены в отчет НИР и опубликованы. Так получилось, что А.П. Мясников стал не только научным руководителем, но и воспитателем, наставником «по жизни».
        Моим учителем по интегрированию показателей стал В.С. Щеголев, а по оценке аэробной способности организма – Г.Л. Апанасенко. Почти всю адъюнктуру (1972-1975) провел в море. В короткие промежутки времени пребывания на кафедре, И.А. Сапов, основоположник и популяризатор гипербарической оксигенации (ГБО) в академии и в Вооруженных Силах, создатель Ленинградской школы баротерапии, привлекал меня к ассистенции на его многочисленных факультативных лекциях по «оксигенобаротерапии», которые он читал после командировки в США и Канаду, используя изготовленные мною слайды (это потом, спустя годы, мой «ученик» в фотоделе Л.К. Волков превзошёл меня в количестве и качестве слайдов). Тема ГБО меня просто заворожила…
        С подачи Г.Л. Апанасенко, изучал разносторонние аспекты оценки физической работоспособности, освоил методики определения показателя
PWC170, индекса степ-тестов: 2-3-5-минутного, аэробной способности организма, что, в дальнейшем, пригодилось при оценке эффективности ГБО. Разработаны методики расчета аэробной способности организма по показателю индекса степ-теста. В дальнейшем, проводя исследования на подводной лодке, в барокамере, в измененной газовой среде (гипрекапническая, гипероксическая) пришел к выводу о необъективности использования расчетных показателей в этих условиях. В гиперкапнических и гипероксических условиях объективны лишь прямые методики.

Базируясь на методике Сьестранда и Астранда, работая в составе инициативных научных групп (Г.Л. Апанасенко, М.М. Дьяконов, Г.М. Яковлев, В.П. Андрианов) к 1978 году определил, что максимальное потребление кислорода после дыхания сжатым кислородом в барокамере (рО2 0,25 МПа – 60 мин) у части испытуемых повышается, у другой части – понижается. Уровень основного обмена (состояние относительного физиологического покоя), определенный совместно с учениками Т.И. Мухамеджановым и А.Х. Цикушевым методом Дугласа-Холдейна после сеанса ГБО у части испытуемых повышается, а у другой – понижается. Вектор энергообмена при дозированных физических нагрузках также бывает противоположным. Материалы были доложены в Киеве на Всесоюзном симпозиуме «Специальная и клиническая физиология гипоксических состояний» (Кулешов В.И., с соавт. 1986).
          В этот период кафедра разрабатывала и обосновывала методы сохранения и повышения работоспособности плавсостава (подводников). В качестве испытуемых приглашали курсантов и слушателей ВМедА и ВИФКа. Так в нашем распоряжении оказались спортсмены высокого уровня тренированности (1-й спортивный разряд – мастер спорта СССР). Сеансы ГБО повышали физическую работоспособность пловцов, легкоатлетов-стайеров, но не способствовали повышению работоспособности штангистов (участников кубка Мира по тяжелой атлетике). По-видимому, сказывалась специфика величины анаэробной и аэробной фаз при выполнении специфических упражнений. ГБО была рекомендована в практику подготовки представителей циклических видов спорта к ответственным соревнованиям (Сапов И.А., Щеголев В.С., Лотовин А.П., Кулешов В.И., Бобров Ю.М., Трифонов Ю.Н., 1979). Приятным итогом этой работы стали рекорды, установленные В. Сальниковым на Московской Олимпиаде 1980 года, а для подводников разработка способа профилактики переутомления личного состава (1979). Работа в этом направлении продолжалась периодически до середины 90-х годов. В дальнейшем это направление было подхвачено воспитанником кафедры физиологии подводного плавания А.Н. Поликарпочкиным, стало для него основным и выведено на высокий современный уровень.
         Мне посчастливилось достаточно углубленно войти в проблему гиперкапнии. Это случилось с «легкой руки» Ю.М. Боброва, заведовавшего учебной частью. С переходом А.П. Мясникова на другое место службы стало некому читать слушателям лекцию «Отравление углекислым газом», а опытные преподаватели не спешили осваивать новую для них тему. С одобрения начальника кафедры в директивной форме это было поручено мне. Нет ничего благодарнее преподавательской деятельности для НИР. За короткое время была изучена доступная литература по проблеме, в голове четко сформировалось представление о хроноконцентрационном эффекте СО2, что такое компенсируемая, а что такое некомпенсируемая гиперкапния. В водолазной практике примесь СО2 к дыхательной смеси не допустима, или не должна превышать ПДК, т.к. СО2 – катализатор, усиливающий и ускоряющий отравление кислородом (Сапов И.А., 1954; Lambertsen, 1965). Применяя диоксид углерода при ГБО дозированно в «компенсируемой» дозе, используя его фармакодинамику, нам предоставилась возможность управлять тонусом кровеносных сосудов, коронарных и головного мозга, а также, периферических. Было сконструировано и усовершенствовано устройство для омывания конечностей, частей тела диоксидом углерода. Проведены испытания с участием учеников И.В. Левшина, В.В. Тихенко, Н.В. Покидюка (1981). Материалы В.В. Тихенко, доложенные на хирургической секции конференции курсантов академии, отмечены как лучшие. В качестве испытуемых и исследователей в работе принимали участие сотрудники Института медико-биологических проблем, дважды приезжавшие к нам на учебу по гипербарической физиологии. НИР велась по двум направлениям.
        Примесь СО2 к кислороду в концентрации 0,8-1,0% при ГБО (Р=0,25 МПа) применялась ингаляционно, диоксид 100% подавался в барокамеру для омывания конечностей в то время, как испытуемый дышал сжатым, медицинским кислородом (Р=0,25 МПа). Ингаляционное применение СО2 предотвращало спазматическое действие сжатого кислорода (1981, 1982). Метод оказался эффективным при лечении больных с рассеянным склерозом (соавторы Головкин В.И., Зайцев В.С., 1985).
         В процессе испытания способа омывания конечностей диоксидом углерода, впервые исследован и описан эффект изобарической противодиффузии биологически активных газов (1982). Этот эффект имел место при нормальном атмосферном давлении, при Р=0,25 МПа в процессе дыхания воздухом, кислородом. Сосудорасширяющий эффект СО2 при дыхании воздухом более выражен. Это обусловлено меньшей степенью спазматического действия кислорода при меньшем рО2. Тем не менее, во всех сериях СО2 диффундировал ретроградно, т.е. не изнутри наружу, а снаружи в ткани организма. При этом в зоне омывания СО2 в венозной крови имели место гипероксия и некомпенсируемая гиперкапния, а на уровне организма (кровь из локтевой вены) – компенсируемая гиперкапния. В зависимости от варианта сочетания атмосферного воздуха, кислорода, наружного СО2, давления, при котором проводилось испытание, «обратный поток» СО2 был различным. На этом основании были описаны механизмы изобарической противодиффузии биологически активных газов: О2 и СО2 (1982). Испытания с участием больных облитерирующим эндартериитом позволили обосновать метод лечения таких больных наружным действием СО2. В результате лечения увеличивался линейный и объёмный кровоток, повышалась температура стопы, развитие «синдрома перемежающейся хромоты» по данным шагометрии достоверно увеличилось (отодвинулось) на 220 шагов. На разработанный метод лечения получено авторское свидетельство (1981).
            Описанные механизмы, по сути, теория гиперкапнии в гипербарических условиях, стали основой для проведения очередных стендовых испытаний (совместно с И.В. Левшиным) по определению времени допустимого пребывания и возможного существования в герметизируемом помещении – барокамере при концентрации СО2 в атмосферном воздухе до 5%. Через одни сутки пребывания в такой газовой среде внешний вид испытуемых был достаточно «жалким»: тела, лица, потные с грязными разводами, гиперсаливация, шумное и глубокое дыхание с выраженными экскурсиями легких. При вентиляции барокамеры в атмосферном воздухе наблюдался синдром обратного действия СО2 с головной болью и, в одном случае, с тошнотой и рвотой. При этом профессиональная работоспособность снижалась несущественно, благодаря колоссальным компенсаторным возможностям организма. Кислотно-основное состояние организма характеризуется высоким рСО2 в плазме крови, предпосылкой к развитию гемической гипоксии и метаболического ацидоза. При меньшей концентрации СО2 в воздухе гидрокарбонатный буфер функционирует достаточно эффективно, нейтрализует большую часть ионов Н+, декомпенсация функций организма отсутствует. Совместно с учеником Ю.В. Намлинским (1984-1991) методиками поликардиографии и реополикардиографии исследовано влияние гипероксии и повышенной плотности газовой среды на сократительную функцию левого и правого желудочков сердца. В четырех сериях испытаний при дыхании атмосферным воздухом (Р=0,1 МПа), медицинским кислородом (Р=0,1 МПа), атмосферным воздухом (Р=0,5 МПа), кислородно-азотной газовой смесью, содержащей 4% О2 и 96% N2 при Р=0,5 МПа, анализировалась структура сердечного цикла. По продолжительности фазы изометрического сокращения определен наиболее «патогенный» для организма вариант дыхания ( атмосферный воздух при Р=0,5 МПа) и наименее патогенный – медицинский кислород при нормальном атмосферном давлении.
           Довольно плодотворной была НИР, организованная Л.Г. Медведевым совместно с сотрудниками Ростовского-на-Дону государственного Университета (руководители А.И. Лукаш, Е.П. Гуськов) по разработке методов определения оперативного и долгосрочного прогноза индивидуальной устойчивости организма в условиях гипербарии. Исследовательская работа велась интенсивно в течение трех месяцев в процессе 120-минутного сеанса ГБО при РО2 =0,25 МПа при регистрации показателей каждые 15-30 мин. Регистрировались биохимические и цитогенетические показатели. Кроме того, характерные физиологические сдвиги определялись по клинико-физиологическим показателям (В.И. Кулешов, С.Б. Шевченко). Анализ полученных результатов позволил сделать выводы о внутривидовых отличиях устойчивости организма человека к токсическому действию кислорода (1990), о разной устойчивости к сжатому кислороду различных органов и систем конкретного индивида (человека), о наличии «переходного периода», между фазами физиологического и токсического действия кислорода, описаны саногенетические и патогенетические механизмы при гипербарической оксигенации, были определены наиболее информативные показатели устойчивости к отравлению кислорода, разработана и предложена методика определения индивидуальной оптимальной одноразовой дозы кислорода при ГБО (патент, 1990), сформирована теория общефизиологического (лечебного) – общетоксического действия кислорода (1992, 2002).
         До 90-х годов XX столетия довольно часто использовался термин гипербаротерапия (Сапов И.А., 1975-1986). В середине 90-х годов внесено новое понятие (первые публикации – Кулешов В.И., 1996) «баротерапия», которая включала в себя гипобарическую терапию, нормобарическую терапию и гипербарическая терапию. Разработана классификация видов баротерапии (1996, 1997). Она раскрыта и используется в учебнике по физиотерапии, утвержденном министерством Высшего и среднего образования (1997). Классификация максимально проста, логична и удобна для своего развития – пополнения вновь обоснованными видами баротерапии. За 15 лет классификация расширена за счет включения в нее периодической гипобарической оксигенобаротерапии (Ушаков И.Б. и соавт.) и интервальной природной гипобарической терапии (Шаов М.Т., Кускулов Х.М.).
        Всегда был интересен кислородный режим организма при ГБО (Кулешов В.И., Левшин И.В., 2010). Естественно он зависит от используемого в процессе сеанса рО2. В практике гипербарической оксигенации принято считать, что человек в барокамере дышит 100%-ым медицинским кислородом. На самом деле это не так. Исходя из позиций нормирования кислорода при ГБО, пришлось регистрировать концентрацию О2 в процессе всего сеанса. Оказалось, что его концентрация на уровне рта и носа пациента зависит от вида барокамеры, её модели, этапа сеанса, продолжительности экспозиции: в многоместной – монотонно, порядка 97%, в одноместной лечебной барокамере на 30-й мин сеанса – 67%, 60-й мин – 87%. И поэтому, при давлении в барокамере 0,2 МПа, пациент при ГБО дышит кислородом при его парциальном давлении: 1,94; 1,34; 1,52; 1,74 МПа, соответственно (1998).
          Сотрудникам НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе потребовались кровезаменители, избыточно насыщенные кислородом, для консервативного лечения больных с острым панкреатитом. Разработан оригинальный метод насыщения физиологического раствора, полиглюкина, реополиглюкина, плазмы сжатым кислородом (авторское свидетельство, 1982). Кровезаменители оказались эффективными при экспериментальном остром панкреатите у животных, при остром панкреатите у человека путем их дозированного регионарного введения в пупочную вену (Ковальчук В.И., 1984). Кровезаменители, насыщенные кислородом нашим методом, были отправлены в 1988 году в лечебные учреждения МО СССР, дислоцированые в Афганистане. Успешно испытан газотранспортный эффект гипербарически оксигенированого перфторана в инфузионной терапии гемоциркуляторной гипоксии (соавторы: Чернов В.И, Юркевич Ю.В., Синчук В.И., Иванченко А.В., Ремизов Д.В., 1997).
          Определенные преимущества дают знания других видов баротерапии, а не только ГБО. Углубленное изучение интервальной гипоксической терапии (ИГТ), совместная работа с Л.Н. Евдокимовой, позволили описать наиболее вероятный механизм биологического действия азота при его умеренно повышенном парциальном давлении. ИГТ – прекрасная модель для такого исследования. При ИГТ организм периодически испытывает в гипоксическую фазу не только действие дефицита кислорода, но и действие повышенного парциального давления азота. Из двух представленных переменных (гипоксия, гипернитрогения) гипоксия не расслабляет гладкую мускулатуру, не расширяет просвет бронхов. Следовательно, эти сдвиги обусловлены повышенным парциальным давлением азота, что отображено на схеме гипотетического механизма регуляции просветов бронхов (Евдокимова Л.Н., Кулешов В.И., 2008).

          Темы диссертационных работ непосредственных учеников регламентированы основной тематикой НИР кафедры: физиология военного труда, водолазная физиология и медицина. В чистом виде по физиологии труда специалистов флота защищена одна кандидатская и одна докторская диссертация (Кулигин А.М., Леонтьев О.В.). Остальные работы выполнены в рамках разделов спецфизиологии, посвященных водолазной физиологии и медицине. Темы работ близки уже ранее названным направлениям научной деятельности, по качеству, педантичности, статистическому анализу имеют определенные преимущества, что вызывает чувства удовлетворения у руководителя. Работы имеют четкую законченность исследования и нередко венчаются простыми логичными схемами обобщения полученного научного материала.
            В работе Л.Н. Сонина (1998) представлены структурные изменения в паренхиматозных органах морских свинок с различным уровнем внутрисосудистого газообразования, обоснованно медикаментозное (бемитил, пирацетам) лечение и лечебное применение импульсного электрического тока высокой частоты при декомпрессионных нарушениях у человека. Развивая это направление, А.А. Мясников (1999) апробирует и, по сути, завершает формирование системы профилактики декомпрессионной болезни. «Изюминкой» его докторской диссертации является регистрация зарождения и эволюции газового пузырька индифферентного газа внутри клетки. До этого существовало мнение о пузырьковом газообразовании в кровеносном русле (Мясников А.П., 1967; Винничук Н.Н., 1976).                 
            И.А. Хомчук (2000) регистрировал артериальную воздушную эмболию при минно-взрывной травме. В экспериментальной части работы он впервые дозированно вводил воздух (2,0 мл/кг) в общую сонную артерию здоровых собак, что сопровождалось тяжелыми нарушениями ЦНС, ССС и дыхательной системы, приводивших к смерти в сроки от 4 до 25 часов. Лечебная компрессия после введения воздуха и в первые 6 часов после минно-взрывной травмы купировали артериальную воздушную эмболию, приводя к улучшению общего состояния, а в половине случаев и к выздоровлению.
             А.Б. Шайденко (1998) реализовал идею руководителя о подборе индивидуальных доз ГБО при ИБС у пациентов, с выраженной диастолической дисфункцией и существенным нарушениям сократимости левого желудочка сердца.
            Завершением этапа обоснования и методики определения индивидуальной оптимальной одноразовой дозы кислорода при ГБО стала диссертация В.И. Чернова (2004). Если руководитель обосновал наиболее информативные методики для определения индивидуальной дозы кислорода в процессе 1-го продолжительного сеанса ГБО (до 120 мин) при рО2 0,25 МПа, то ученик, взяв из результатов этой работы оптимальную экспозицию для подавляющего большинства (45 мин), определил оптимальное рО2 при этой экспозиции. Таковым для подавляющего большинства оказались рО2 =0,2 МПа.
         С Д.В. Черкашиным продолжали внедрение в ГБО искусственных дыхательных газовых смесей (руководителем обоснованно внедрение в ГБО гиперкапнической газовой смеси – О2 – 99%; СО2 – 1%). Это гипоксические смеси, содержащие 14% О2, разбавленные N2 или Не (86%). Сеансы ГБО проводились при Р=0,2 МПа, что делало их нормоксическими (рО2 20,0 кПа). У здоровых и у больных с обструктивными заболеваниями легких в этих условиях проявлялось биологическое бронхолитическое действие индифферентных газов. Возможный механизм действия умеренно повышенных рN2 и рНе представлен в работе Л.Н. Евдокимовой и многочисленных теоритических работах В.В. Довгуши.
          В докторской диссертации И.В. Левшина (1999) обобщены материалы, полученные совместно с Д.В. Черкашиным, обоснованы и представлены новые методы баротерапии: гипербарическая оксигеногелиобаротерапия – Р=0,15 МПа, рО2=21 кПа, рНе=129 кПа, экспозиция 45 мин, 10 сеансов; гипербарическая оксигенонитрогенобаротерапия – Р=0,15 МПа, рО2=21 кПа, рN2=129 кПа, экспозиция 45 мин, 10 сеансов.

Установлено, что успешность разных видов баротерапии во многом определяется индивидуальными особенностями функционирования газотранспортных систем организма при формировании гипоксии. Гипобарическая баротерапия в большей степени показана устойчивым и среднеустойчивым к дефициту кислорода и не показана неустойчивым к гипоксии. ГБО показана среднеустойчивым и неустойчивым и менее показаны устойчивым индивидам. При применении умеренно повышенного парциального давления индифферентных газов улучшалась биомеханика дыхания за счет, преимущественно, влияния этих газов на гладкую мускулатуру бронхов и расширялся просвет бронхов. Предполагаемый механизм отмечен в работе Л.Н. Евдокимовой, описавшей эффект сочетанного действия на организм дефицита кислорода и повышенного рN2 в условиях нормального атмосферного давления.

Из тематики работ автора и учеников следует, что они подчинены одной цели – исследованию механизмов эффективности и безопасности различных видов баротерапии. Конкретные задачи пытались решать последовательно и поэтапно. Но не всегда это получалось … Тем не менее, многие задачи решены и наиболее успешно, моими учениками, превзошедшими меня, чем я весьма удовлетворен. Проведенные исследования, естественно, выявили нерешенные проблемы баротерапии и перспективные направления:

·         уточнение и упрощение методики для определения индивидуальной оптимальной одноразовой дозы кислорода при ГБО;

·         сочетанное применение при ГБО искусственных дыхательных газовых смесей;

·         сочетанное применение при ГБО физиотерапевтических методов;

·         гипербарическая фармакология;

·         исследование механизмов биологического действия индифферентных газов под умеренно повышенным давлением;

·         испытание механизмов действия и эффективности применения гипероксигенированных кровезаменителей.

Основные работы автора по баротерапии (указаны соавторы)

Физиологические основы нормирования кислорода при гипербарической оксигенации. Дис. доктор… мед.наук. – СПб.: ВМедА, 1992 – 474с.

Учебники и руководства

1.      Пономаренко Г.Н. Баротерапия / Общая физиотерапия. – Изд. 2-е. М.-СПб: СЛП, 1997.- с. 265-286

2.      Тюрин В.И. Оксигенобаротерапия. Восстановительное лечение / Справочник.- СПб.: Невский, 1997. – С. 108 – 138.

3.      Парцерняк С.А., Бойко Ю.Г. Нозологическая диагностика. Профессиональные заболевания и поражения на ВМФ / Военно-морская терапия. Учебник.- СПб.: ВМедА, 1999. – С. 326 – 379.

4.      История применения повышенного давления газовой среды с лечебной целью / Руководство по гипербарической медицине. Ред.С.А. Байдин, А.Б. Граменицкий, Б.А. Рубинчик. – М.: Медицина, 2008. – С. 14 – 24.

5.      Отравление кислородом. – Там же. - с. 124 – 134.

6.      Миннуллин И.Б., Логунов К.В., Артемов С.Л., Артемова Ю.И. Организация гипербарической оксигенации. Скорая медицинская помощь / Национальное руководство. – М.: ГЭОТАР – Медиа, 2015. – с . 123 – 126.

Монографии

1.      Левшин И.В. Выбор метода баротерапии – периодической гипобарической или гипербарической оксигенации. – СПб: Ювента, 2004. – 208 с.

2.      Евдокимова Л.Н. Нормобарическая интервальная гипокситерапия при бронхиальной патологии. – Магнитогорск: МаГУ, 2008. – 176 с.

3.      Рафиков А.М., Касулов Р.Д. Гипербарическая оксигенация в нейрохирургии.- СПб: издательство Лебединской, 2010. – 262 с.

Статьи

1.      Намлинский Ю.В. Влияние гипероксии и повышенной плотности газовой среды на сократительную функцию правого желудочка сердца /. Косм. биол. и авиакосм. медицина. – 1984. № 4. – С.73 – 76.

2.      Головкин В.И.. Зайцев В.С. Гипербарическая оксигенация гиперкапнической смесью при рассеянном склерозе / Советская медицина. – 1985. - № 2. – С. 22 – 26.

3.      Сапов И.А., Левшин И.В., Кеериг Ю.Ю. Кислотно-основное состояние организма человека при дыхании воздухом с примесью различных концентраций двуокиси углерода/ Физиология человека – Т/6 – 1990 – №1, С. 127 – 132.

4.      Медведев Л.Г., Шевченко С.Б. Изменение обмена веществ при гипербарической оксигенации / Косм. биол. и авиакосм. медицина. – 1991. – №6. – С. 27 – 30.

5.      Намлинский Ю.В. Сократительная функция левого желудочка сердца в условиях повышенного давления газовой среды / Косм. биол. и авиакосм. медицина. – 1991. – №3. – С. 35 – 37.

 

 

Email: vit130144@yandex.ru

V.V.Dovgusha