ВОЕННО-МОРСКИЕ ДОКТОРА-ПОДВОДНИКИ - Часть I - Глава I

 

 

 

«Труд доктора – действительно самый производительный труд: предохраняя или восстанавливая здоровье, доктор приобретает обществу те силы, которые погибли бы без его забот»

«Только берегите людей и здоровье, сие есть всего прочего важнее»

 

 

адмирал Ф.Ф. Ушаков

 

ЧАСТЬ  I

ГЛАВА 1.  МОРСКАЯ МЕДИЦИНА – САМОСТОЯТЕЛЬНАЯ ОТРАСЛЬ МЕДИЦИНСКОЙ НАУКИ

Зарождение военно-морской медицины в России, как государственной структуры, связано с именем Петра I. Талантливый руководитель государства ещё в юности понял, что сильная страна должна иметь сильную армию и сильный военно-морской флот. В этом его окончательно убедила неудача первого Азовского похода в русско-турецкой войне1695 г., имевшей целью обеспечить России беспрепятственный выход в Чёрное море. Флота у   Петра I не было, поход закончился поражением сухопутных войск. После постройки первого южного флота состоялся второй поход на Азов, взятие которого в1696 г. было первой крупной победой соединённых сил русской армии и флота. В этом походе уже существовало медицинское обеспечение личного состава боевых кораблей. В письме адмирала Лефорта к Петру I имеется упоминание о заслугах русского лекаря Якова Иванова с «четырьмя товарищами».

Петр I продолжал строить и совершенствовать флот.

В1721 г. русский флот на Балтике состоял из 42 военных кораблей. Этот флот нанёс ряд крупных поражений первоклассному шведскому флоту, что сыграло решающую роль в исходе Великой Северной войны. Пётр I видел и прекрасно понимал тяжесть службы на флоте: скученность обитания команды, отсутствие свежих фруктов и воды в дальнем плавании, сырость, холод, тяжёлая физическая работа, смена климатических условий при длительных и дальних походах, инфекции, цинга, другие вредные факторы сильно подрывали здоровье моряков. А ведь каждый из них был ценным специалистом своего дела – подготовить настоящего моряка было не так-то просто, на это требовалось немалое время.

Пётр I придавал медицинскому обеспечению личного состава флота страны очень большое значение. Ещё в 1710 году по повелению «Царского величества Петра Алексеевича» были напечатаны «Инструкции и артикулы военные, надлежащие к российскому флоту». Эти «Инструкции и артикулы…» были опубликованы на русском и голландском языках и действовали вплоть до издания Устава Морского в1720 г. Этот документ определял деятельность «морских служителей», определял задачи командного состава, устанавливал наказания за различные нарушения дисциплины и преступления. В нём впервые были поставлены вопросы о некоторых сторонах медицинского обеспечения сил флота. Принятый в1720 г. Устав Морской действовал свыше 100 лет (текст «Устава Морского»1763 г. соответствует оригиналу первого издания Устава1720 г.). Устав подробно разъясняет, как поступать с ранеными и больными. Однако более ранние распоряжения по этому поводу содержатся в «Инструкциях и артикулах…». Там говорится: «Ежели кто, будучи в корабельных делах или на войне на корабле ранен или подстрелен, тот будет лечен из казны и сверх того полное жалование иметь будет. Ежели же случится, что кто в таком случае член своего тела потеряет или увеченным застонет, тому по величине увечья и случаю того воздано будет» (артикул № 43). Таким образом, государство брало на себя заботу о пострадавших во время исполнения ими служебных обязанностей.

Особенности службы на кораблях, особенности медицинского обеспечения личного состава при подготовке морских специалистов, медицинское обеспечение дальних походов, боевых действий вызвали необходимость возникновения и развития новой науки – морской медицины. Перед ней стояли задачи – решить вопросы медицинской администрации, морской гигиены, профилактики болезней, лечение больных и раненых. Необходимо было дальнейшее проведение научно-практической работы, направленной на разработку вопросов повышения качества медицинского обеспечения моряков. По указу Петра I в крупных пунктах базирования флота для лечения раненых и больных моряков были созданы военно-морские госпитали. В1715 г. вступил в строй Санкт-Петербургский Адмиралтейский госпиталь, в1717 г. – Адмиралтейский госпиталь в Кронштадте, в1733 г. – в г. Архангельске. При Санкт-Петербургском и Кронштадтском госпиталях в1735 г. были созданы медицинские школы, где велась подготовка медицинских кадров для флота.

В военно-морские госпитали для лечения принимались не только матросы, но и солдаты, и члены семей «служивых людей» на всех кораблях I, II, III ранга, а так же на 14-ти и 16-пушечных кораблях был положен по штату лекарь и лекарский помощник. Уставом было определено медицинское имущество корабельного врача, имелась опись медикаментов и инструментов, находившихся в «лекарском сундуке». Перевязочные пункты располагались на средней палубе в носовой части корабля.

Во избежание гибели в морском бою Устав Морской предписывал лекарям неотлучно находится на перевязочном пункте в полной готовности к оказанию помощи раненым. Эвакуация раненых в госпитали вначале была возложена на попутные боевые корабли, но уже в 1713 и 1715 годах в состав флота вошли первые два госпитальных судна: «Святой Николай» и «Страфорд», в 1741-1743 гг. – «Рига», «Новая Надежда». На госпитальных судах находились доктор флота и лекарь.

В Санкт-Петербургском Адмиралтейском госпитале было развёрнуто 300 коек, имелось 4 отделения. Заслуги госпиталя в деле сохранения, восстановления, укрепления здоровья моряков, солдат, гражданского населения в течение более 300 лет колоссальны. Кроме крупного лечебного центра госпиталь являлся и является центром военно-морской медицинской науки. Замечательные, полные гуманизма слова произнёс Пётр I при закладке госпиталя: «Здесь всякий изнеможенный служивый найдёт себе помощь и успокоение, которого ему доселе не было; дай только Бог чтобы никогда многие не имели нужды сюда быть привозимы». Эти слова великого Императора и флотоводца запечатлены на памятной доске, хранящейся в музее госпиталя.

Первый старший лекарь госпиталя Матвей Минят помимо лечебной работы производил освидетельствование офицеров, просивших об отставке по возрасту или по болезни.

В госпитале работал широко известный за пределами России военно-морской врач         А.Г. Бахерахт (1724-1806 гг.). кроме того, что это был высококвалифицированный врач, сторонник профилактического направления в медицине, он был крупным учёным-исследователем в области морской медицины. Известны его труды: «Способ к сохранению здравия морских служителей особливо в Российском флоте находящихся», «Практические рассуждения о цинготной болезни». А.Г. Бахерахт изучил характер заболеваемости моряков, разработал конкретные профилактические мероприятия по предупреждению отдельных заболеваний и условия лечения больных на кораблях. На основе своих исследований он создал труд «Аптека для Российского флота», а затем была разработана и издана «Морская фармокопея», получившая мировое признание и переведённая на многие иностранные языки.

Один из первых главных докторов Кронштадтского военно-морского госпиталя Д.П. Синопеус известен, как автор первого труда, в котором описаны различные заболевания моряков, причины их возникновения и меры по их профилактике.

Исключительно велики заслуги в области развития русской морской медицины выдающегося хирурга Ивана Фёдоровича Буша, который служил на кораблях Балтийского флота, работал хирургом в Кронштадтском госпитале, а в 1800 году возглавил кафедру хирургической патологии в Медико-хирургической академии. Возглавил хирургическую клинику, открытую в России. Он написал первое русское руководство по хирургии, создал большую научную хирургическую школу в России.

В1783 г. с началом строительства Севастопольского военного порта начал свою работу Севастопольский военно-морской госпиталь. Его строительство закончилось в 1791 году при активном участии адмирала Ф.Ф. Ушакова.

Постоянно уделялось внимание повышению квалификации медицинских работников. 18 (29) декабря1798 г. император Павел I адресовал барону Васильеву Указ: «Об устроении при главных госпиталях особого здания для врачебного училища и учебных театров».

Очень важное значение для развития морской медицины имело кругосветное плавание И.Ф. Крузенштерна и Ю. Лисянского на кораблях «Надежа» и «Нева» (1803-1806 гг.). Они прошли путь от Кронштадта через Атлантический океан и Магелланов пролив к Камчатке и обратно вокруг Азии и Африки в  Кронштадт. Благодаря исключительному вниманию и заботе командиров о сохранении здоровья команды, грамотному и добросовестному труду корабельных лекарей во время дальнего плавания не было случаев цинги и сыпного тифа. Команды кораблей регулярно получали салаты из овощей, фрукты, свежую рыбу, регулярно готовились борщи из свежей или кислой капусты. И.Ф. Крузенштерн, подводя итоги экспедиции, написал книгу: «О сохранении здоровья матросов на кораблях», в которой, в частности, отметил: «Мы не лишились ни одного человека через всё долговременное путешествие, которое по такому обстоятельству должно быть весьма достопримечательно».

Успешно, в том числе и в медицинском отношении, закончилась морская экспедиция под командованием Ф.Ф. Беллинсгаузена и М.П. Лазарева, достигшая Антарктиды на военных парусных кораблях «Восток» и «Мирный» в сложнейших условиях. Экспедиция продолжалась 751 день и все моряки сохранили здоровье и работоспособность.

Следует отметить, что выдающиеся русские полководцы и флотоводцы всегда уделяли большое внимание состоянию здоровья солдат, матросов, офицеров. Мы уже говорили об исключительных заслугах в этом отношении Петра I. Ведь созданные им госпитали функционируют по сей день, а основы организации медицинского обеспечения моряков, закреплённые им в руководящих документах своего времени, явились мощной основой для дальнейшего совершенствования морской медицины.

Ярко проявилась забота о здоровье солдат в деятельности великого русского полководца А.В. Суворова. В полки с повышенной заболеваемостью он направлял комиссии, предписывал полковым и ротным командирам устранять выявленные недостатки, «употребив все меры к сохранению солдатского здоровья… виновных наказывать». «Солдат дорог! Береги здоровье!» («Наука побеждать»). Заслугой Суворова является и тот факт, что он первым ввёл в ротах фельдшера и его помощника. По его приказу подготовка фельдшеров велась под руководством полковых врачей, из числа солдат «проворных, умных, твёрдых, трудолюбивых, человеколюбивых». Срок подготовки был определён в один год. Такие фельдшера сыграли большую роль в сохранении здоровья солдат в мирное время и в походах.

Огромны личные заслуги в деле сохранения здоровья, в организации медицинской помощи больным и раненым матросам замечательного русского флотоводца Ф.Ф. Ушакова. Он постоянно требовал от офицеров «беречь здоровье матросов, для победы «сберегать служителей». «Особая честь и благодарность моя засвидетельствована будет тем, которые в сохранении людей более успеха иметь будут» - сказал он командирам кораблей своей эскадры. А каким гуманизмом звучат слова адмирала, не знавшего в бою поражений: «Только берегите людей и здоровье, сие есть всего прочего важнее»! Особое внимание Ф.Ф. Ушаков обращал на питание матросов. Он считал, что «при перемене климата и воды люди делаются больные, а хорошее довольствие их при первом случае может от того сохранить». Однажды Ушаков обратил внимание на тот факт, что выписанные из госпиталя на корабль матросы через несколько дней вновь заболевают. При ближайшем рассмотрении обстоятельств оказалось, что «командующие» в первые же дни нагружают выписанных матросов тяжёлой работой. Ушаков приказал, чтобы таких матросов сразу на физическую работу не посылали, а давали бы им дней десять окрепнуть, «пока они не придут в совершенное здоровье».

При отправке десантных войск для освобождения Рима и Римской области от французов во время Итальянской кампании, адмирал инструктировал командира десанта: «для сохранения служителей в здоровье возьмите с собой достаточное число палаток»; людей «старайтесь всевозможно сохранить в здоровье от худого и вредного воздуха, а особо в ночные времена от мокроты, вредной росы и туманов… сие есть всего прочего важнее». Выполняя приказание адмирала, командир десанта докладывал ему из Рима, что у него из 820 человек всего лишь 28 больных (потому времени это немного), что все получают хорошую провизию и свежее мясо. При этом надо отметить, что в Итальянской кампании снабжение эскадры продовольствием было поставлено из рук вон плохо и Ушаков лично вынужден был организовывать это снабжение, вплоть до покупки зерна у населения, помола его и выпечки свежего хлеба для команд кораблей эскадры. После блестяще проведённой операции – взятии считавшейся неприступной крепости Корфу, адмирал писал, что «мы не желаем никакого награждения, лишь бы только служители наши, столь верно и ревностно служащие, не были бы больны и не умирали с голоду».

 Ушаков требовал идеальной чистоты на кораблях во время учебных плаваний и боевых походов эскадры. Он так же регулярно осматривал береговые казармы и дворы около них. Все противоэпидемические мероприятия проводились командирами и медицинским персоналом под наблюдением адмирала и при его активном участии. А за образцово организованные мероприятия по борьбе с чумой в Херсоне он был награждён орденом.

Генерал-фельдмаршал М.И. Кутузов, возглавив русскую армию в войне с  Наполеоном I, указывал командующим войсками: «Поставьте всем за одну из главнейших обязанностей стараться о сбережении здоровья людей и о сохранении здоровья их». А ещё ранее в походе русских армий в коалиции с Австрией против Наполеона I Кутузов издал приказы о медицинском обеспечении боя: для быстрого оказания помощи раненым, чтобы «каждая колонна имела при себе лекарей, коим быть в середине колонны с нужными к тому припасами». В ряде приказов полководец указывал места развёртывания подвижных госпиталей и излагал порядок направления в них раненых и больных.

Выдающийся русский флотоводец П.С. Нахимов, работая над проектом Морского Устава,  требовал записать в него: «Зелень и в особенности свежая, способствует весьма много к поддержанию здоровья людей и потому надо употреблять все средства, чтобы давать её чаще в пищу».

Во время героической обороны Севастополя (1854-1855 гг.) П.С. Нахимов отдал приказ, чтобы защитники Севастополя «были осматриваемы медиками два раза в неделю». Адмирал учил своих офицеров и требовал от них так расставлять матросов в бою, чтобы потери были минимальными. Он говорил: «Заботливый офицер, пользуясь обстоятельствами, всегда отыщет средства сделать экономию в людях и тем уменьшить число подвергающихся опасности».

Итак, мы видим, что выдающиеся русские полководцы, флотоводцы были не только талантливыми военными специалистами, но и людьми высочайшей культуры, образованности, гуманности, которые лично руководили организацией и проведением гигиенических, противоэпидемиологических мероприятий, помогали медицинским службам подчинённых им войск качественно оказывать помощь раненым и больным. Заниматься профилактикой заболеваемости, травматизма и даже поражений в бою.

Врачи военно-морского флота России набирали опыт работы, анализировали и совершенствовали свою деятельность. В1798 г. была основана Медико-хирургическая академия, которая готовила врачей для армии и флота. Её талантливый президент Я.В. Виллие, руководивший академией 30 лет, своей неутомимой деятельностью превратил её в образцовое учебное заведение, где проводилась и проводится по сей день большая лечебная, научная работа.

В начале ХIХ в. в военно-морской медицине уже выработались определённые, основанные на практике, взгляды как на причины возникновения заболеваний, так и на некоторые меры их профилактики. В госпиталях флота трудились самые высококвалифицированные врачи своего времени. Так, в Петербургском военно-морском госпитале работал выдающийся врач и учёный М.Я. Мудров, оказавший очень большое влияние на развитие военной и военно-морской медицины. Военную медицину М.Я. Мудров разделял на четыре части: военную гигиену, военную терапию, военную хирургию и полевую фармакологию. Он ясно представлял необходимость профилактического направления в военной и военно-морской медицине. Изучив особенности труда моряков, отмечая особенности военно-морской медицины М.Я. Мудров указал, что «… в полках и наипаче во флоте гораздо легче беречь, нежели возвращать потерянное здоровье».

Русские военно-морские врачи отличались очень широким кругозором, высокой образованностью (об этом всегда следует помнить, изучая морскую медицину!). Они часто принимали участие в дальних плаваниях, внесли существенный вклад не только в лечебный процесс, но и в изучение географии, этнографии, истории многих стран мира, и недаром на географических картах имеется более 7- мест, названных в честь русских врачей.

  Тяжёлым испытанием для нашей страны, для её военно-морского флота явилась Крымская война (1853-1856 гг.). В период  героической обороны Севастополя в полной мере раскрылся талант Н.И. Пирогова, по праву считавшегося основателем русской военно-полевой хирургии. Блестящий хирург, учёный с мировым именем, крупный организатор здравоохранения, он внёс очень существенный вклад в организацию медицинской помощи раненым и больным в боевой обстановке. А обстановка была очень сложной. Н.И. Пирогов писал: «Мы должны были знать, что число выбывающих из строя вследствие болезней как в прошлых, так и в особенности в нынешних войнах гораздо значительнее были убитыми и ранеными». В тяжелейших условиях жары и дефицита воды в Крыму было много инфекционных болезней. Именно после доклада Н.И. Пирогова адмирал П.С. Нахимов и отдал приказ о более активных профилактических осмотрах медицинскими работниками защитников Севастополя.

Следуя заветам великих русских флотоводцев, командование Военно-Морского Флота России прекрасно понимало роль и значение грамотных действий командиров кораблей по поддержанию и сохранению здоровья моряков, их активной помощи врачам в их работе. Изучение основ морской гигиены, которая в те годы включала многие разделы военно-морской медицины, и сдача экзамена по этому предмету становятся обязательными для слушателей Морской Императорской академии (Устав Морской Императорской академии).

Русско-японская война (1904-1905 гг.) явилась очень суровой и жестокой школой для военно-морских врачей. Постоянно совершенствовался опыт организации медицинского обеспечения личного состава флота. Флотские врачи обеспечивали своевременный и качественный медицинский контроль, оказывали помощь морякам при переходе российской эскадры на дальний Восток. Военно-морская медицина во время русско-японской войны пополнилась знаниями и опытом оказания помощи при отравлении пороховыми газами, при переохлаждении в результате длительного пребывания в морской воде, при тепловых ударах, при действии взрывной волны. Так, в Цусимском бою почти все раненые на броненосце «Цесаревич» были отравлены пороховыми и взрывными газами. Война показала, что при существующей на флоте организации медицинской помощи во время боя возможно выполнение лишь простейших хирургических вмешательств при оказании помощи раненым. В Цусимском сражении на каждого корабельного врача приходилось 80-100 раненых

. Врач крейсера «Варяг» М.Л. Банщиков во время героического боя крейсера и канонерской лодки «Кореец» с целой эскадрой должен был оказать помощь 91 раненому.

В связи с обстрелом японским флотом Владивостокского военно-морского госпиталя, в скалистом грунте был сооружён первый в мире подземный госпиталь.

Флотские врачи внимательно изучили опыт своей работы в боевых условиях. Врач Н.И. Августовский написал диссертацию на тему: «Материалы к вопросу о помощи раненым в современном морском бою». Известный морской врач Я.И. Кифели, активный участник обороны Порт-Артура, придавал большое значение грамотной сортировке раненых на корабле во время боя.

Большое влияние на развитие терапии вообще, военно-полевой, военно-морской терапии в частности, оказал С.П. Боткин. Во время Крымской войны он работал в Симферопольском военном госпитале под руководством Н.И. Пирогова. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 гг. С.П. Боткин был главным терапевтом действующей армии и многое сделал для повышения организации терапевтической помощи войскам. Он изучал особенности патологии военного времени, подчёркивал важность умелого администрирования, хорошей организации лечебной помощи. Очень важным считал С.П. Боткин качество подготовки военного врача. Он писал: «… чтобы выполнить достаточно добросовестно задачу, представлявшуюся военному врачу, необходимо самое основательное знание медицинских наук, ибо только большой запас сведений позволит действовать удачно при всех неудобствах, встречающихся в военной жизни…».

В середине ХIХ века в России начинается строительство военного парового флота. В связи с новым устройством кораблей встал вопрос о размещении перевязочных пунктов, их защищённости, доступности, а в связи с дальностью и длительностью походов возникла необходимость на крупных боевых кораблях иметь квалифицированных хирургов. В практику работы военно-морских хирургов постоянно внедрялись последние достижения медицинской науки и техники. Так, сразу по открытии эфирного, а затем и хлороформного наркоза, хирурги Петербургского и Кронштадтского военно-морских госпиталей в 1847 году провели операции под наркозом. Первым хирургом, применившим хлороформный наркоз в Петербургском военно-морском госпитале, был И.В. Рклицкий. А в1867 г. на фрегате «Александр Невский» операцию под наркозом выполнил В.С. Кудрин.

Широко внедрялся метод антисептического лечения ран.

В1899 г. на крейсере «Россия» впервые была оборудована операционная. В1901 г. ряд кораблей флота был оснащён рентгеновскими аппаратами. А первый в России рентгеновский аппарат был установлен в 1896-1897 гг. в Кронштадтском госпитале по инициативе главного доктора В.И. Исаева.

Продолжала совершенствоваться работа госпиталей. В связи с расширением Сибирской военной флотилии и переводом её главной базы во Владивосток в1872 г. был основан Владивостокский военно-морской госпиталь.

С целью совершенствования и расширения своих профессиональных знаний, обмена опытом были организованы общества морских врачей – в Петербурге –1858 г., в Кронштадте-1859 г., во Владивостоке –1873 г. С1861 г. стали издаваться «Медицинские прибавления к Морскому сборнику».

В1904 г. в России в Кронштадте было создано первое соединение подводных лодок. Через два года учебный отряд подводного плавания был переведён в г. Либаву. Флагманским врачом отряда был назначен Л.К. Гейман. Морской врач Н.В. Востросаблин написал предложения: «О санитарных мероприятиях на подводных лодках». Вскоре были утверждены «Правила отбора личного состава для службы на подводных лодках». А 6 (19) марта1906 г. Указом Императора Николая II миноносцы (так именовались тогда подводные лодки) были переведены в разряд подводных лодок – этот день считается праздничным днём в Военно-Морском Флоте России – Днём подводника.

С самых первых шагов подводного флота медицинская служба включилась в активную работу по медицинскому обеспечению подводников. Флагманский врачи дивизиона подводных лодок Чёрного моря К.П. Рейнгольц доложил по команде свои предложения по созданию на подводных лодках специальных укладок для оказания медицинской помощи подводникам во время похода. Одновременно были изданы правила «О мерах, принимаемых экипажем для сохранения чистоты воздуха на подводных лодках». В1908 г. в штат подводных лодок был введён фельдшер.

Врачи активно осваивали службу на подводных лодках и водолазное дело. Были разработаны необходимые руководящие документы: мы уже знаем о руководстве Н.А. Востросаблина: «Санитарные мероприятия для команд подводных лодок», «Правила для личного состава подводных лодок»; статьи Л.А. Хижнякова «Об условиях жизни на подводных лодках»; В.В. Анискевича «Физическая пригодность к службе на подводных лодках»; Л.К. Геймана «Санитарно-гигиенические данные подводной лодки системы Джевецкого». Были разработаны «Правила выбора личного состава на подводных лодках»; положение «О мерах, принимаемых для сохранения чистоты воздуха в подводных лодках»; «Временные препятствия к плаванию на подводных лодках».

Исследования особенностей службы на подводных лодках шли постоянно, проводятся они и в наше время.

Первая мировая война (1914-1918 гг.) не внесла существенных изменений в военно-морскую медицину. Крупные силы русского флота действовали в достаточно ограниченном радиусе, санитарные потери на кораблях были сравнительно невелики. Квалифицированная хирургическая помощь оказывалась в основном в военно-морских госпиталях и на госпитальных судах. В это время существовал принцип: «Эвакуация во что бы то ни стало». Но в1916 г. В.А. Опель предложил высокоэффективную систему этапного лечения раненых, исходя из необходимости: «…теснейшим образом связать эвакуацию с лечением. Раненый получает такое хирургическое пособие, тогда и там, где и когда в таком пособии обнаружена необходимость». Этот принцип, начиная с 30-х годов положен в основу хирургической помощи на Военно-Морском Флоте. Однако, следует вспомнить, что ещё в1915 г. фельдшер подводной лодки «Барс» Н.Г. Гвозданович произвёл первое в истории русского флота оперативное вмешательство под наркозом – он произвёл ампутацию плеча тяжело раненому матросу.

В боевой обстановке было отмечено изменение структуры заболеваний терапевтического профиля – помимо участившихся внутренних заболеваний, на кораблях вследствие разрывов снарядов, бомб, пожаров, интенсивной стрельбы из башенных орудий часто возникали отравления моряков угарным и углекислым газами. Врачи активно искали способы оказания помощи поражённым – так, врач Е.К. Яблонский впервые использовал кислородные приборы для лечения отравленных. Среди инфекционных заболеваний имели место вспышки дизентерии, холеры, брюшного тифа, сыпного и возвратного тифа.

22 апреля1915 г. немецкие войска впервые применили против своего противника – французских войск, боевое отравляющее вещество – газ хлор. Потери были большие. На вооружение армии и флота поступили противогазы, но они не защищали от поражений окисью углерода.

Очень больших усилий потребовало медицинское обеспечение эвакуации раненых и больных морем. В 1916 году подводные лодки противника в нарушение Международной конвенции потопили русские госпитальные суда «Португалия» и «Вперёд». Стало ясно, что на беспрепятственную деятельность в боевых условиях медицинская служба больше рассчитывать не может. Госпитальные суда стали нуждаться в сопровождении боевых кораблей или раненых и больных, используя старый опыт, эвакуировали на боевых кораблях.

В годы войны начали проводить специализацию лечебных учреждений – так в Феодосии был открыт инфекционный госпиталь, в ряде других военно-морских госпиталей создавались инфекционные отделения, а на Балтийском флоте организовали госпитали для лечения терапевтических и хирургических больных. В1915 г. военно-морские госпитали стали освобождаться от функций снабжения медицинским имуществом войсковых частей, кораблей, медицинских учреждений флота. Эти функции были возложены на первые санитарные склады.

Однако, несмотря на приобретённый опыт, удовлетворительной системы лечебно-эвакуационного обеспечения флота в то время ещё не сформировалось.

К тому же нужно отметить, что несмотря на всеобщее понимание роли и значения врачей на корабле, их необходимости, на уважение, которым они пользовались, - правовое положение врачей было одним из препятствий на пути совершенствования медицинской службы на флоте. Морские врачи почему-то не имели офицерских званий, а были гражданскими чиновниками. Материально врачи были обеспечены хуже корабельного священника, они не получали орденов за выслугу лет и офицерских пенсий, по непонятной причине им не полагалось денежная надбавка за плавание, а Устав даже оговорил то положение, что врач, имеющий высокий гражданский чин, не мог остаться старшим в кают-компании. Всё это вызывало справедливое недовольство морских врачей, людей исключительно образованных, высококультурных и совершенно необходимых.

Только в1943 г. медицинскому составу впервые были присвоены единые со всем личным составом персональные воинские офицерские звания.

Не с тех ли давних времён пошла привычка «вешать» на врача совершенно не свойственные ему обязанности – ведь недаром до середины 60-х годов ХХ века на врача с академическим образованием, хирургической подготовкой, обязанностью контролировать и изучать параметры микроклимата, прилагать все усилия к сохранению и укреплению здоровья корабельных специалистов, в случае необходимости лечить их, возлагались обязанности «продовольственника», «финансиста», которые отрывали у него львиную долю времени. И долго никому не приходило в голову, почему это, если гражданский участковый врач обеспечивает 1800-2200 человек, а на боевой корабль или подводную лодку назначают специалиста, специально подготовленного. Так делается это не от «нечего делать», а потому, что на врача возложена колоссальная ответственность за те «десятки» человек, здоровье которых ему доверяется и ему надлежит быть в постоянной готовности к оказанию квалифицированной медицинской помощи при любых ситуациях, которые могут возникнуть в море.

Как уже говорилось, подготовка среднего медицинского персонала проводилась при Петербургском и Кронштадтском военно-морских госпиталях. Курс обучения был рассчитан на четыре года. Права морских фельдшеров были так же ущемлены – их выпускали «нижними чинами» и только через шесть лет службы они могли получить первый «классный чин». Естественно, стимул был весьма слабоват.

После Великой Октябрьской социалистической революции Военно-Морской Флот России, как и вся страна пережил тяжёлые времена. Началась гражданская война. Многие моряки, а с ними и врачи сошли на берег и приняли участие в боях с белогвардейцами и иностранными интервентами. Однако, флот был нужен стране и он жил. 11 (29) февраля1918 г. В.И. Ленин подписал Декрет о создании Рабоче-Крестьянского Красного флота. В феврале-марте1918 г. моряки Балтийского флота вывели из Ревеля и Гельсингфорса свыше 250 кораблей и подводных лодок. Таким образом Балтийский флот был спасён от наступающих интервентов и явился мощным защитником Петрографа, Кронштадта и тем ядром, вокруг которого после революции и гражданской войны создавался новый флот. Во время гражданской войны активно действовали русские подводники – так, 31 августа1919 г. подводная лодка «Пантера» под командованием А.Н. Бахтина потопила на Балтике новейший английский эскадренный миноносец «Виттория». Успех «Пантеры» положил начало подвигам советских подводников.

Условия в которых оказались моряки молодого государства так описал писатель Л.С. Соболев: «Флоты и флотилии Советского государства голодали. Расшатанные за четыре года походов корабли и издёрганные за четыре года войны люди мерили свой паёк одинаковыми мерами: уголь и хлеб четвёрками фунта, селёдочный суп и нефть – тарелками, снаряды и воблу – штуками. Балтийский флот превратился в Балтийский Дот (Действующий отряд) из нескольких кораблей.

  Кроме действий на флотах и флотилиях моряки воевали на бронепоездах. Многие моряки с оружием ушли на сухопутные фронты. И всегда вместе с ними героически работали медицинские работники. Ни на один день не прекратили своей работы Кронштадтский и Петроградский военно-морские госпитали.

В тяжелейших условиях велась борьба за здоровье людей, борьба с инфекциями и их профилактика. К чести наших замечательных предшественников можно отнести и то, что массовых вспышек, эпидемий допущено не было. В этом вопросе далеко не последнюю роль сыграло правильно организованное санитарное просвещение и организация противоэпидемиологических мероприятий. Без этого такую инфекцию, как сыпной тиф, остановить и ликвидировать было бы невозможно. Противосыпнотифозную вакцину для прививок готовили своими силами в лаборатории госпиталя из сыворотки крови реконвалесцентов.

В лаборатории госпиталя так же исследовались продукты питания, отпускаемые Петроградским портом.

Огромную работу проделал в годы гражданской войны дезинфекционный отряд Петроградского военного порта. Его возглавил заведующий аптекой Петроградского морского госпиталя фармацевт Лорену. Этот отряд обслуживал боевые корабли флота, отделения госпиталя.

Героически работали медицинские работники инфекционного отделения, которое делилось на 9 секций, в каждой из которых имелись изолированные палаты для больных сыпным тифом, возвратным тифом, холерой, скарлатиной, оспой, дизентерией, корью, рожей, дифтерией.

В 1919 году сотрудникам инфекционного отделения пришлось бороться с вирусным гриппом (испанкой).

Активно трудились специалисты терапевтического и хирургического отделений.

Старшим ординатором Петроградского госпиталя в1919 г. работал Н.И. Августовский – основатель научной дисциплины «Организация и тактика медицинской службы флота». Он был автором диссертации «Материалы к вопросу о помощи раненым в современном морском бою», защищённой им в1912 г. (В.В. Сосин).

После окончания гражданской войны начал восстанавливаться и развиваться Военно-Морской флот. Были созданы и оснащены новый боевой техникой Тихоокеанский (1932 г.) и Северный (1933 г.) флоты. А ещё ранее – в1924 г. корабли Балтийского Флота крейсер «Аврора» и учебное судно «Комсомолец», имея на борту курсантов командного и инженерного училищ, а так же Военно-Морского подготовительного училища, прошли по маршруту Кронштадт – Берген – Мурманск – Архангельск – Тронхейш – Кронштадт. Это был первый выход балтийцев в океан после 10-летнего перерыва. В1924 г. из Архангельска во Владивосток южным мосрким путём вышло посыльное судно «Воровский». Поход начался 14 мая1924 г., а 20 ноября корабль встал на якорь во Владивостоке, пройдя13900 миль, включая плавание за Полярным кругом, в тропиках и умеренных широтах. Корабль остался во Владивостоке для охраны побережья Японского и Охотского морей.

Постоянно совершенствовалось медицинское обеспечении личного состава флота, совершенствовалось военно-морское образование. Профессор Военно-Медицинской академии Б.К. Леонардов – один из крупнейших организаторов медицинской службы – обосновал идею дифференцированной подготовки врачей для различных родов войск, в том числе и для военно-морского флота. В этот период издаётся «Руководство по санитарной эвакуации в РККА» (1929 г.), «Устав военно-санитарной службы» (1933 г.), в 1932 г. вышло первое руководство по военно-морской хирургии «Основные особенности и неотложные задачи военно-морской хирургии» (в,и. Шестов, Г.И. Турнер, Г.Л. Элькишек). На Военно-Морском Флоте устанавливается принцип оказания хирургической помощи в ближайшие сроки после ранения. Над этим вопросом работали выдающиеся хирурги нашей страны Н.Н. Бурденко. Г.И. Турнер,  И.А. Куприянов, С.С. Гирголав, М.Н.

Ахутин, В.С. Левит, крупные военно-морские хирурги Ю.Ю. Джанелидзе, Ф.Ф. Андреев, В.К. Лубо, Б.В. Пунин. В развитии хирургической помощи на ВМФ сыграла вышедшая в1939 г. работа В.И. Шестова «Лечебно-эвакуационное обеспечение кораблей ВМФ».

Потребность флота в квалифицированных медицинских кадрах постоянно возрастала в связи со стремительно развивающимся как военным, так и гражданским кораблестроением, развитием водолазного дела. Эта потребность ещё раз подчеркнула необходимость существования и развития военно-морской медицины, как науки, осуществляющей обеспечение очень специфической деятельности человека. Военно-морские врачи привлекались к проектированию новых кораблей, к гигиенической оценке материалов, используемых в кораблестроении, к оценке обитаемости кораблей, подводных лодок, к лечению специфических заболеваний, возникающих на флоте, к разработке мероприятий по продлению активного долголетия корабельных специалистов.

Небольшое количество врачей, подготовленных к службе в Военно-Морском Флоте, явно не удовлетворяло его постоянно растущие потребности. Вместе с увеличением количества кораблей увеличивалось и количество моряков, и срок их службы – с1939 г. сроки действительной военной службы на флоте были определены в пять лет, в береговой артиллерии и частях связи – в четыре года, в спецчастях ВМФ – в три года.

В целях повышения качества медицинского обеспечения флота 21 октября 1938 года совместным приказом Наркома ВМФ и Наркома здравоохранения СССР при I Ленинградском медицинском институте им. акад. И.П. Павлова был создан военно-морской факультет, вначале под руководством директора Института И.Х. Кечкера, а затем бригврача А.И. Иванова. Структура факультета была следующей: управление, кафедра военно-морских и морских санитарных дисциплин, кафедры военно-морской гигиены, патологии и терапии боевых отравляющих веществ и военной эпидемиологии, а так же кафедры военно-морской хирургии. В дальнейшем кафедра военно-морских и морских санитарных дисциплин после нескольких реорганизаций с1962 г. стала называться кафедрой организации и тактики медицинской службы ВМФ с курсом тактики и боевых средств флота. Подобная структура отражала опыт развития морской медицины в течение нескольких веков – от проведения необходимых гигиенических мероприятий до особенностей лечения раненых и больных в условиях плавания, организации всех лечебно-противоэпидемических мероприятий, до подготовки кадров и военно-научной работы.

Опыт работы медицинской службы пополнился в период Советско-финляндской войны (30.11.1939 г. – 13.03.1940 г.) по обеспечению боевых действий сил флота в море и при проведении сухопутных операций. Война проходила в тяжелейших условиях необычно суровой зимы, противник защищался с очень сильно укреплённых позиций глубиной до100 км(линия Маннергейма). В боевых действиях активно участвовали Балтийский, Северный флоты, Ладожская военная флотилия. Моряки наносили артиллерийские удары по вражеским позициям, высаживали десанты, топили транспорты. Очень активно действовала морская авиация. Бои шли напряжённые, было много раненых, очень много обмороженных. Война закончилась победой Вооружённых Сил нашей страны. Вместе с Армией и Флотом отважно и самоотверженно действовали и медицинские работники. Медицинские учреждения в приспособленных помещениях были максимально приближены к районам боевых действий. На кораблях обеспечивалась квалифицированная медицинская помощь.

Опыт работы медицинской службы во время советско-финляндской войны был тщательно изучен и проанализирован. Опыт этот показал, что назрела настоятельная необходимость в организационном оформлении военно-морской (военно-полевой) терапии и хирургии. В1941 г. начальник Главного военно-санитарного управления Е.И. Смирнов на совещании руководящего состава медицинской службы Армии и Флота сформулировал основные цели и задачи нового раздела военной медицины: изучить условия труда и быта войск; установить единые принципы лечения и эвакуации больных и раненых; разработать единые взгляды на возникновение заболеваний; разработать единый подход к их профилактике и лечению, к организации терапевтической и хирургической помощи на этапах медицинской эвакуации.

Медицинская служба работала с полной отдачей сил. Кроме непосредственной работы в медицинских учреждениях, на кораблях, в войсковых частях, медицинские работники принимали активное участие в подготовке населения к оказанию медицинской помощи, участвовали в учениях Гражданской обороны, проводили медицинское обеспечение физкультуры и спорта, сдачи норм БГТО и ГТО, прекрасно понимая роль физической культуры для укрепления здоровья населения, а значит и для укрепления обороноспособности страны. А страна успешно развивалась, шли гигантские стройки, совершались научные открытия. 3 февраля1940 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено звание героя Советского Союза студенту-медику А.П. Соболевскому, осуществляющему активное медицинское обеспечение трёхлетнего дрейфа на ледокольном пароходе «Георгий Седов» (Впоследствии А.П. Соболевский в1945 г. закончил Военно-Морскую Медицинскую Академию и служил на ряде должностей в медицинской службе Военно-Морского Флота СССР).

Дальнейший рост флота страны, усложнение боевой техники, усложнение боевых задач, стоящих пред флотом, требовали дальнейшего совершенствования медицинского обеспечения личного состава. В ноябре1939 г. была введена должность главного хирурга Военно-Морского Флота, на которую был назначен выдающийся хирург, профессор, дивврач Ю.Ю. Джанелидзе. В1940 г. был создан Учёный медицинский совет при начальнике медико-санитарного управления Военно-Морского Флота.

Для успешного решения задач, стоящих перед Военно-Морским Флотом было необходимо усилить его медицинскую службу хорошо подготовленными в вопросах морской медицины кадрами. С этой целью 10 июля 1940 года было издано Постановление Совета Народных Комиссаров СССР «О формировании Военно-Морской Медицинской Академии Военно-Морского Флота на базе 3-го ленинградского медицинского института» с передачей Военно-Морского факультета I-го ЛМИ им. акад. И.П. Павлова в её распоряжение. Постановление СНК СССР было объявлено приказом Народного комиссара ВМФ № 372 от 11 июля 1940 года.

Создание Военно-Морской Медицинской Академии явилось естественным следствием глубокого понимания роли военного флота в современной войне и пониманием того, что для успешных действий флота нужны кадры, вооружённые знанием науки – морской медицины. Наука эта тоже была чрезвычайно нужна и для дальнейшего развития флота – так, вопросы аварийно-спасательной службы, водолазного дела без морской медицины решить было бы просто невозможно.

В годы войны, в1944 г., когда была организована Академия медицинских наук СССР, первыми её действительными членами были К.М. Былов (физиолог), Ю.Ю. Джанелидзе (хирург), Н.И. Красногорский (педиатр), Н.И. Лепорский (терапевт), А.Л. Мясников (терапевт), В.Н. Черниговский (физиолог), членами-корреспондентами: А.Н. Максименков (хирург), А.В. Мельников (хирург), А.В. Триумфов (невропатолог).

   В один из самых напряжённых периодов Великой Отечественной войны, за неделю до Сталинградского наступления, 12 ноября1942 г. принято решение о создании Военно-Медицинского Музея. Его возглавил талантливый хирург и организатор А.Н. Максименков. Вначале музей располагался в г. Москве, а 1 апреля1945 г. переведён в г. Ленинград в помещение бывшего госпиталя лейб-гвардии Семёновского полка.

В победе в Великой Отечественной войне есть и большая медицинская составляющая. На полях сражений и в тылу медицинские работники вносили свой весомый вклад в победоносное окончание войны, сохраняя и восполняя, прежде всего, людские ресурсы. В стране не было допущено распространения эпидемии инфекционных заболеваний. Из 14,5 млн. раненых в бою солдат и офицеров в строй действующих войск было возвращено 10,5 млн. человек (72,3 %), а из числа 7,5 млн. больных – 6,8 млн. активных бойцов (90,6 %).

Но на войне – как на войне – значительными были потери и среди медицинского состава. В Отечественной войне погибло, умерло 11971 человек, пропало без вести и попало в плен 15431 человек – всего 27402 наших коллег или 2,7 % общего числа потерь.

В послевоенные годы Военно-Морская Медицинская Академия активно продолжала учебную, лечебную работу, научно-исследовательскую деятельность. Огромная работа была проделана в Академии по обобщению и анализу опыта военно-морской медицины в великой Отечественной войне. 107 сотрудников Академии участвовали в написании труда: «Медицинская служба Военно-Морских Сил в великой Отечественной войне 1941-1945 годов» (1954 г.).

Пятерым военно-морским врачам присвоено звание Героя Социалистического Труда:   Ю.Ю. Джанелидзе, Л.А. Орбели, Д.А. Арапову, Ф.И. Комарову, В.В. Семко.

23 профессора – воспитанники ВММА занимали должности начальников кафедр Военно-Медицинской Академии им. С.М. Кирова. Высокая организация труда, дисциплина, крупные научные достижения и активная лечебная работа, проводившиеся в Военно-Морской Медицинской Академии не могут быть забыты – они должны пропагандироваться, развиваться и приумножаться.

В медицинском обеспечении личного состава Военно-Морского Флота после войны  участвовали не только учёные и врачи Военно-Морской Медицинской Академии, факультета подготовки врачей для Военно-Морского Флота Военно-Медицинской Академии                          им. С.М. Кирова. Огромна роль НИЦ-М ЦНИИ МО РФ (или Научно-исследовательский институт ВМФ № 1). В его стенах трудились выдающиеся учёные, широко известные своими трудами в нашей стране и за рубежом – академики К.М. Быков, Л.А. Ильин, Л.А. Тиунов, профессора Б.Н. Николаев, С.А. Веденяпин, Н.А. Подкопаев, А.Д. Слонин, Г.Л. Френкель, И.А. Сапов, А.В. Миртов, А.Н. Бухарин. В.Г. Чвырёв, Н.В. Саватеев, Н.А. Толоконцев,      В.Г. Алтухов.

Специалистами института совершенствовались образцы и типы хирургического и санитарного имущества для кораблей, проводились исследования по санитарно-гигиенической оценке воздушной среды отсеков подводных лодок, разрабатывались тактико-технические  требования к регенеративным установкам, давались научно-обоснованные предложения по совершенствованию табелей снабжения медико-санитарным имуществом кораблей по штату мирного и военного времени, исследовалось влияние длительных и скоростных походов торпедных катеров на личный состав. Изучались условия службы личного состава на береговых батареях и подразделения укреплённых районов.

Предметом тщательного изучения были вопросы организации питания, пищевого рациона, норм водопотребления, способов обеззараживания воды и хранения её запасов. Обосновывались оптимальные для условий длительного пребывания моряков в отсеках подводных лодок параметры микроклимата, производительность вентиляции, режим труда и отдыха. Испытывались переносные устройства для санитарной обработки личного состава, исследовались предельно допустимые сроки нахождения специалистов в противогазах и химическом защитном комплекте.

Работая на подводных лодках, учёные установили предельно-высокие концентрации углекислого газа и предельно-низкие концентрации кислорода в отсеках.

После создания в СССР ядерного оружия первый подводный ядерный взрыв был произведён на полигоне Новая Земля 21 сентября1955 г. Программа медико-биологических исследований была утверждена академиком Г.А. Задгенидзе. Общее руководство блоком медико-биологических исследований осуществляли полковник медицинской службы        В.В. Чумаков и С.Д. Ильинский. Организационно-штатная структура Института неоднократно изменялась, было создано Управление обитаемости.

Новая страница в истории изучения вопросов обитаемости была открыта с началом проектирования и строительства атомных подводных лодок. Ещё 9 сентября 1952 года      И.В. Сталин подписал Постановление Совета Министров СССР № 4098-1616                        «о проектировании и строительстве объекта 627». И 17 января 1959 года в состав ВМФ была принята в опытную эксплуатацию атомная подводная лодка «К-3» под командованием капитана I ранга Осипенко Леонида Гавриловича. Первым начальником медицинской службы на эту лодку был назначен   И.И. Бечик. Проектирование атомных подводных лодок первого поколения (как и всех последующих), исследования их обитаемости проводились с обязательным участием сотрудников I Института. Проектирование атомных подводных лодок I поколения в части обитаемости осуществлялось по НТД ВМФ «Временные гигиенические и санитарно-технические  требования при проектировании и постройке подводных лодок», утверждённым Главнокомандующим ВМФ 29 ноября 1958 года.               В основу разработки данного НТД были положены результаты, полученные в натурных условиях на дизельной ПЛ «Б-2» (типа «Декабрист»). Испытание проводилось на Балтийском флоте с 6 ноября1953 г. по 5 января1954 г. специалистами Института.

Признанием бесспорных заслуг, авторитета и научной зрелости явился тот факт, что в 1964 году на базе Управления обитаемости I ЦНИИ МО СССР явилось создание диссертационного совета, которому было дано право принимать к защите докторские и кандидатские диссертации на актуальные для медицинской службы ВМФ темы. Первым председателем Совета был назначен Иван Акимович Сапов.

Вообще, чтобы полно описать деятельность и вклад НИЦ-М I ЦНИИ МО РФ в создание современного флота, роль его сотрудников в решении задач медицинского обеспечения моряков требуется отдельная книга. Причём, и это нужно подчеркнуть особо, специалисты института, разрабатывая поставленные вопросы, часто сами принимали участие в исследованиях и экспериментах. Так, для исследования влияния длительной и непрерывной герметизации на функциональное состояние организма применительно к условиям жизни и боевой деятельности экипажей атомных подводных лодок нового поколения группа добровольцев-испытуемых провела на себе эксперимент – 160-суточную герметизацию в комплексном стенде обитаемости. На различных этапах эксперимента в обитаемых помещениях создавались условия по параметрам микроклимата, физическим и химическим факторам обитаемости, существенно отличающиеся от общепринятых в ВМФ. Регулярно проводились биохимические, гематологические, цитохимические, физиологические исследования и психофизиологическое тестирование. Важным элементом программы была оценка роли реабилитационных мероприятий в общей системе мер, поддерживающих работоспособность испытуемых. Общее научное руководство проводимой работы осуществляли А.Н. Бухарин, В.Г. Алтухов, Л.А. Морозов. Руководил группой испытуемых полковник медицинской службы В.Н. Носов. Учитывая степень сложности эксперимента, его уникальность, меру ответственности за результат, к выполнению этой работы были привлечены кроме сотрудников Управления десятки научно-исследовательских учреждений и сотни людей.

Результаты эксперимента были настолько ценны, что группа его участников была удостоена правительственных наград – В.Н. Носов, В.Л. Макаров, М.А Гребенюк были награждены орденом «Красной Звезды», Л.А. Морозов – орденом «За службу Родине в ВС СССР» III степени, В.Г. Алтухов – за внедрение в практику кораблестроения был удостоен Государственной премии СССР.

А.Н. Коржавину было поручено на специальном стенде смонтировать жёсткие условия обитания по химическому составу воздушной среды, параметрам микроклимата, условиям размещения, питания и оценить функциональные резервы организма в столь неблагоприятной обстановке. В эксперимент было отобрано восемь добровольцев. Эксперимент продолжался 14 суток. В герметичном объёме содержание диоксида углерода находилось в пределах 2,5-4,0 %, температура воздуха от 30 до 35 ºС, влажность 95-100 %. Рацион питания состоял, в основном, из хлеба и сухарей. На всех испытуемых было развёрнуто только два спальных места. Клинико-физиологические исследования проводились ежедневно. Данные, полученные в результате этой работы, очень важны для установления человеческих возможностей, особенно в условиях затонувшей подводной лодки.

Очень напряжённо работал токсикологический отдел. Токсикологи, под руководством    Л.А. Тиунова, В.А. Воронина успешно работали над созданием антидотов, крио-, термо-протекторов и препаратов, сохраняющих работоспособность корабельных специалистов. Был создан антидот оксида углерода – ацизол, создавались новые рецептуры. Купирующие токсический отёк лёгких при ингаляционном отравлении, исследовались опасность горения полимерных материалов, применяемых в кораблестроении и их токсичность.

Очень серьёзные работы проведены для обеспечения радиационной безопасности на объектах флота.

 При исследовании атомной подводной лодки «К-3» доктор медицинских наук, профессор В.Г. Чвырёв обнаружил, что в воздухе I отсека значительно повышена концентрация радиоактивного газа – радона, которым были покрыты шкалы приборов управления торпедной стрельбой, покрытых радиоактивным составом постоянного действия для создания возможности работы личного состава в полной темноте. В состав специального покрытия входили фосфор, соли радия и тория. Продуктом деления которых и являлся газообразный радон. Открытие В.Г. Чвырёва привело к необходимости снятия опасного радиоактивного состава (а он широко использовался в авиации, на кораблях), к замене его светосоставом временного действия. Таким образом, существенная угроза здоровью личного состава в замкнутых помещениях была ликвидирована. Очень многое сделали сотрудники института, продолжают дело и будут делать. О многом мы ещё расскажем.

Очень много сделали для безопасности плавания, для спасения затонувших подводных лодок, для здоровья водолазов и подводников сотрудники научно-исследовательского института аварийно-спасательной службы. Ныне 40-й государственный научно-исследовательский институт аварийно-спасательного дела, водолазных и глубоководных работ МО СССР. Имена его руководителей – Героя Советского Союза контр-адмирала Н.А. Лунина, Героя Советского Союза контр-адмирала Будаева, контр-адмирала Зарембовского, начальника научно-исследовательского отдела Героя Социалистического Труда В.В. Семко, внёсшему большой вклад в решение задач по медико-физиологическому обеспечению длительного пребывания человека под водой на глубине до500 метров, известны всей стране. Благодаря работе и опыту сотрудников Института спасены жизни сотен водолазов и подводников.

Исключительно велики заслуги в деле медицинского обеспечения личного состава военно-морского флота – моряков-подводников, водолазов, моряков, несущих службу на надводных кораблях и в береговых войсковых частях флота, в деле обеспечения подготовки и полётов наших космонавтов, в деле изучения подводного шельфа, в создании новой отрасли науки – военной экологии, в решении проблем радиационной безопасности, последствий захоронения радиоактивных отходов, в обеспечении обитаемости объектов военной техники и жизнедеятельности на них – Научно-исследовательского института промышленной и морской медицины (первое название – НИИ гигиены морского транспорта).

Его история началась сравнительно давно – в1946 г. – с радиационной лаборатории АМН СССР, затем это учреждение было известно нам, как научно-исследовательский институт гигиены морского транспорта и только в1992 г. институт переименован в своё нынешнее название – Научно-исследовательский институт промышленной и морской медицины.

Уже само название свидетельствует о том, насколько широк круг вопросов, решаемых его сотрудниками. Научные сотрудники, врачи института работают не только в многочисленных лабораториях и библиотеках. Они постоянно бывают на объектах военного и гражданского кораблестроения, на других промышленных предприятиях, где проводят научные исследования, разрабатывают практические мероприятия по улучшению условий работы, обследуют моряков, рабочих и служащих предприятий, дают рекомендации по сохранению и укреплению здоровья.    В экологически неблагополучные районы направляются врачебные бригады для оценки обстановки и помощи населению.

Очень многое сделано учёными института для переработки и захоронению радиоактивных отходов, учёные принимают участие в утилизации списанных атомных подводных лодок, надводных кораблей, в утилизации отработанного радиоактивного топлива с электростанций. Нередко выполняемая ими работа связана с риском.

Руководит институтом опытный морской врач, имеющий большой опыт медицинского обеспечения дальних походов атомных подводных лодок, большой опыт руководства медицинской службой крупного соединения атомных подводных лодок доктор медицинских наук, профессор, полковник медицинской службы В.В. Довгуша – человек, чьи заслуги отмечены многими отечественными и зарубежными Академиями.

Мы уже неоднократно упоминали об огромных заслугах в деле медицинского обеспечения моряков, всего населения Санкт-Петербурга в различные периоды I Адмиралтейского Санкт-Петербургского госпиталя. 31 мая1944 г. он был награждён орденом Ленина. Он успешно развивался в течение длительного времени, в октябре1968 г. его штат составлял 1000 коек с филиалом в загородной зоне на базе 37-го Военно-Морского госпиталя, где проходили лечение и реабилитацию военные моряки. Велики и научные заслуги госпиталя, достаточно сказать, что когда произошла первая авария атомной энергетической установки на ПЛ «К-19», именно в госпитале была оказана помощь значительному количеству личного состава, получившему большие дозы радиоактивного облучения.

Именно в госпитале успешно работала лаборатория профзаболеваемости под руководством доктора медицинских наук, профессора, полковника медицинской службы Толоконцева Н.А. И именно из этой лаборатории в девятимесячный дальний поход по южным морям и океанам отправился будущий директор Научно-исследовательского института им. Пастера профессор Жебрун А.Б. В госпитале сумели обеспечить последние дни жизни легендарного подводника – Героя Советского Союза А.И. Маринеско. Госпиталь пользовался огромной популярностью не только среди офицеров и матросов, но и среди гражданского населения, в его отделениях лечились известные на всю страну артисты. Правда, нельзя сказать, что командование Ленинградской морской базы, тыл базы уделял достаточное внимание госпиталю – так в течение долгих лет не могут отремонтировать прекрасную водолечебницу в отделении физиотерапии, а уж душевые в отделениях – «святое» дело начальников отделений – людей высококвалифицированных, ответственных и «выше горла» занятых своей основной работой. Летом госпиталь «традиционно» почти на месяц остаётся без горячей воды. Но все эти «мелочи» никак и никогда не сказывались на качестве работы сотрудников учреждения. Поэтому вызывает, мягко говоря, удивление сокращение госпиталя до 150 коек, сопровождающееся превращением специализированных отделений в «общую» терапию, увольнение из рядов Вооружённых Сил опытнейших, добросовестных, знающих и любящих своё дело, молодых офицеров – врачей. Уж так ли мы богаты кадрами, чтобы раскидываться ими? И ведь нечто подобное уже было – хрущёвские 1200000 никем не забыты, и усилия, которые пришлось прилагать к восстановлению утраченного. В общем, создавать себе трудности и успешно их преодолевать

нам не впервые. Обидно, что эти «трудности» напрямую касаются истории ВМФ России – первого госпиталя страны для «флотских служителей», ровесника города. А каково будут чувствовать себя «флотские служители», пожилые, старые, потерявшие своё здоровье на флотской службе и всегда находившие здесь «помощь и упокоение», как завещал великий император России. Неужели в Санкт-Петербурге нет нужды, нет возможности использовать на полную мощность опытнейшее медицинское учреждение, где может быть оказана любая квалифицированная и специализированная медицинская помощь любому контингенту.

А медицинская служба Военно-Морского Флота активно развивалась.

В середине 50-х годов в штата морских и океанских подводных лодок, подводных кораблей II ранга введены врачи с хирургической подготовкой. Первая полостная операция на подводной лодке Тихоокеанского Флота была выполнена врачами А. Ефимовым, М.С. Сирадзе; в1957 г. – на Северном Флоте – врачами А.С. Коноплиным и В. Крамских; на Черноморском Флоте (1959 г.) – врачом Н.А. Дудочкиным.

Постоянно шли реорганизационные мероприятия. В1956 г. на флотах были созданы Подводные силы существовали до1961 г.). Флагманскими врачами управления подводных сил были – Н.Ф. Швырков (Северный флот), В.И. Высочин (Балтийский флот), Л.И. Табулин,           В.В. Сосин (Тихоокеанский флот), Ф. Головю (Черноморский флот). Несколько раз проводилось переподчинение медицинской службы флотов и флотилий. В1953 г. они были подчинены заместителю командующего (командира) – по тылу – начальнику тыла, в1955 г. – подчинены соответственно командующим. Но в1956 г. начальников медслужбы вновь подчинили начальникам тыла, и только в1989 г. Министр обороны СССР принял решение о подчинении начальника медицинской службы соединения непосредственно командиру. Конечно, учитывая важность и сложность задач, выполняемых медицинской службой, это было очень ценной и своевременной помощью морским врачам.

Врачи активнейшим образом принимали участие в освоении и боевой службе атомных подводных лодок. В1961 г. произошла первая авария ядерной энергетической установки, когда весь экипаж получил сильные дозы облучения. Ликвидируя аварию, погибли 8 моряков-подводников. Помощь облучённым на лодке оказывал морской врач И.А. Косач, а на подошедшей на помощь дизельной подводной лодке врач О.А. Саниенко (командир ПЛ – Ж. Свербилов).

Летом1962 г. атомная подводная лодка «К-3» («Ленинский комсомолец») совершила поход на Северный Полюс. Медицинское обеспечение осуществлял майор медицинской службы В.С. Долганов.

В1963 г. – медицинское обеспечении двух атомных подводных лодок, совершивших переход с северного на тихий океан через точку Северного Полюса, осуществляли врачи            Л.А. Балакин. И.А. Мазюк, В.В. Портнов.

В1966 г. плавание через три океана – из Западной Лицы на Севере в бухту Крашенниникова на Камчатке, покрыв25000 мильбез всплытия обеспечивали Б.И. Никонов, М.М. Хуторецкий, флагманским врачом похода был Д.П. Зуихин.

Далеко не всё шло гладко при освоении грозной техники. В1970 г. геройски на боевом посту, спасая прооперированного им моряка, погиб капитан медицинской службы А.М. Соловей.

В1968 г. врачом-тихоокеанцем В.А. Знаменским путём самозаражения установлен возбудитель дальневосточной скарлатиноподобной лихорадки (псевдотуберкулёз).

В1986 г. только благодаря героическим действиям лейтенанта медицинской службы      И.А. Кочергина при тяжелейшей аварии, повлекшей за собой гибель подводной лодки, потери среди личного состава были минимальны.

Перечень боевых походов атомных подводных лодок, подвигов экипажей, в том числе и врачей, можно продолжать долго. Мы ещё вернёмся к этому вопросу.

А пока скажем, что в 1965 году при Горьковском медицинском институте им. С.М. Кирова был создан Военно-медицинский факультет, готовивший врачей для сухопутных войск и для Военно-Морского Флота.

В1966 г. заместитель начальника кафедры организации и тактики медицинской службы ВМФ А.А. Шпикин защитил первую докторскую диссертацию по организации и тактике медицинской службы ВМФ. В1971 г. выходит в свет первый в истории кафедры «учебник по организации и тактике медицинской службы ВМФ» -М. Воениздат – для слушателей I факультета Академии.

В1980 г. проводится всеармейское совещание актива медицинской службы ВС СССР.

1983 г. – вступает в строй первая очередь ЦВМГ ВМФ в г. Купавна (Московская область).

В октябре1986 г. - I Военно-Морской ордена Ленина госпиталь (г. Ленинград) получает штат 1000-коечного госпиталя с образованием филиала в загородной зоне на базе 34-го ВМГ.

1986 г., май – сотрудники Военно-Медицинской Академии им. С.М. Кирова принимают активное участие в аварии на Чернобыльской АЭС.

1991 г. –  И.Л. Мызниковым основан Морской медицинский журнал, которому присвоено имя организатора медицинской службы атомного подводного флота Д.П. Зуихина (главный редактор – В.В. Довгуша). 

Email: vit130144@yandex.ru

V.V.Dovgusha